Риторические отношения в дискурсе детей младшего школьного возраста
"Научный аспект №7-2024" - Филология и лингв.
УДК 8
Семенюк Полина Александровна – студент Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.
Аннотация: Цель данной работы – выявить различия между взрослыми и детьми в употреблении риторических отношений в нарративе. В качестве материала были использованы аудиозаписи онлайн-комментирования ‘Фильма о грушах’, сделанные школьниками 7–8 лет. В результате был сделан вывод, что нарративы детей отличаются набором риторических отношений, а также долей тех отношений, которые были выражены коннектором.
Ключевые слова: дискурс, связность, нарратив, детская речь, теория риторических структур, риторические отношения, коннекторы.
Дискурсивный подход к изучению детской речи
В течение последних десятилетий предмет изучения лингвистики расширялся [2]. Традиционно дискурс, и особенно спонтанный дискурс не входил в круг интересов лингвистики. Однако в последнее время все более популярным становится мнение, что лингвистические явления невозможно изучать в отрыве от их употребления и вне рамок речевой коммуникации [6]. На первый план выходит текст как самый экологичный из объектов изучения лингвистики. Одной из основных характеристик текста является связность. Связность представляет собой инструмент, с помощью которого ЭДЕ, предложения и группы предложений собираются в целостный текст. Навык создания связности в тексте формируется в процессе усвоения дискурсивного уровня языка.
Дискурс является самым сложным уровнем и усваивается позднее всего. Хотя дети “начинают сталкиваться с необходимостью конструирования текстов” уже в возрасте 3–4 лет [4], в этом возрасте они еще не способны создавать связный текст, и только к семилетнему возрасту они активно развивают эту способность. Поэтому именно в возрасте 7–8 лет можно наблюдать, как дети учатся создавать связность в тексте.
До недавнего времени исследования речи ребенка обычно велись в формате дневниковых записей. При использовании такого метода, на получившиеся данные может повлиять субъективное мнение исследователя, а возможности исследований с большим количеством испытуемых оказываются ограничены. Современная лингвистика предлагает исследователю больше возможностей. Развивается корпусный метод, он позволяет получать данные наиболее экологичным способом – в рамках наблюдения, а значит, дает представление о том, как происходит речевая коммуникация и употребление языка носителями в реальной жизни. Один из основных проектов в области звучащей русской речи — “Рассказы о сновидениях” [3].
Проведение онлайн-комментирования
Целью данного исследования является сравнение речи детей и взрослых, и поэтому одной из задач стало получение как можно более естественных языковых данных. Именно корпуса спонтанных дискурсов являются единственным источником естественного языкового материала для современной лингвистики [9]. Для создания небольшого корпуса нарративов в данном случае был использован метод рассказа по видеоролику (“Фильм о грушах” [10]) — классический метод сбора элицитированных текстов. Метод, использованный в данной работе, в отличие от метода У.Чейфа, предполагает онлайн-комментирование видеоролика, а не пересказ. Исследование проводилось в “Гимназии №1” города Стерлитамак, среди обучающихся 1 классов одной параллели. Дети для проведения контролируемого наблюдения были выбраны случайно, независимо от их пола и академических успехов. Возраст детей — от 7 до 8 лет. Каждому из испытуемых был показан “Фильм о грушах” У.Чейфа. Задачей детей было как можно подробнее описать происходящее на экране: главных персонажей, их одежду, пейзаж, сюжет истории и т. д. В случае если ребенок сам долго не мог начать рассказ, ему задавались наводящие вопросы. Во время процесса повествования интервьюер мог невербально выражать одобрение и согласие с рассказом ребенка, чтобы стимулировать его продолжать, но вербально повествование не прерывалось. Запись велась с помощью диктофона, который находился на виду у испытуемого. Чтобы создать наиболее экологичные условия, наблюдение проводилось в учебное время — привычные для детей часы учебной активности.
Получившиеся нарративы были записаны на диктофон и впоследствии обработаны и затранскрибированы. Результатом стали 12 аудиозаписей, отобранных для исследования.
Получившиеся аудиозаписи были размечены в программе Praat и приведены в орфографической записи. Также была произведена минимальная дискурсивная транскрипция с опорой на правила и обозначения, указанные в работе [3].
- дискурс разделен на ЭДЕ (элементарные дискурсивные единицы)
- размечены абсолютные и заполненные паузы
- слабые и сильные фальстарты
- завершенность/незавершенность иллокуции (“ . ”, “ , ”)
- интонация восклицательности
- прочие явления (улыбка, смех)
Анализ нарративов в рамках теории риторических структур
В данной работе категория связности в речи детей исследуется в рамках теории риторических структур. Теория риторических структур была впервые изложена в работе [13]. Согласно этой теории, любая ЭДЕ связана хотя бы с одной другой ЭДЕ в тексте одним из риторических отношений. При этом дискурсивные единицы всех уровней связаны между собой одним набором отношений. Это позволяет связать глобальную и локальную структуру дискурса. Отношение всегда связывает две единицы — ядро и сателлит либо ядро и ядро. Рассказы по фильмам имеют ряд особенностей, которые сложно описать, ограничившись традиционным списком отношений, и поэтому было решено расширить список. Для этого были добавлены некоторые из отношений, представленных в работе [3]. Отношение Consequence было введено для описания фактов, связанных причинно-следственным отношением, и выраженных двумя ядерными ЭДЕ. Отношение Source отсылает к источнику информации или мнения, выраженного в главной части (ядре).
Парные отношения Frustration (Неосуществленное намерение) и Obstacle (Препятствие), с разных сторон описывают ситуацию, когда герой повествования намеревается предпринять какое-то действие, но не может этого сделать в силу внешних обстоятельств. Также было введено отношение Setting. “Setting — это описание обстановки, в которой происходят (или начинаются) события повествования; как показывает опыт, рассказчик довольно четко разграничивает сами события и окружение, начальную ситуацию.” [Кибрик, Подлесская 2009]. Ряд отношений пришлось ввести для описания явлений, характерных только для устного дискурса, таких как повторы (Repeat), фальстарты (False-start) и исправления (Repair).
Были допущены и другие отклонения от классической теории ТРС. В рамках данного анализа риторическое отношение может связывать не только две единицы, но и более. Особенно это характерно для отношения Последовательности (Sequence).
Один из самых сложных теоретических вопросов, который возникает при работе с теорией риторических структур, можно сформулировать следующим образом: достаточно ли наличия определенного вида связи в событийной структуре, чтобы постулировать соответствующее риторическое отношение между ЭДЕ, выражающими это событие в нарративе. При работе с риторическими отношениями можно выделить три уровня, на которых они так или иначе существуют: уровень событийной структуры, который представлен объектами, событиями и явлениями реального мира, находящимися между собой в определенных взаимоотношениях (например, причинно-следственная связь между событиями), когнитивный уровень - некоторая “карта” в мозгу говорящего, которая отражает его знания и представления об объектах действительности и связи между ними, и дискурсивный уровень — некоторый текст, как физическое выражение когнитивной карты говорящего, созданное с коммуникативной целью. Тогда риторические отношения — это выражение взаимоотношений между объектами действительности, а точнее представлений говорящего об этих взаимоотношениях, на дискурсивном уровне, а теория риторических структур — формализм, позволяющий это выражение описать. Кажется очевидным, что структура отношений на событийном и когнитивном уровне может оказаться разной, потому что знания говорящего о мире обычно не полны и не полностью верны. Также существует представление о том, что риторическое отношение между двумя ЭДЕ всегда означает наличие соответствующего взаимоотношения в когнитивном представлении говорящего, что тоже логично, если исходить из того, что отношения не могут быть выражены говорящим случайно. Но не ясно, верно ли обратное: могут ли отношения, которые существуют в когнитивном представлении говорящего, быть никак не выражены на дискурсивном уровне, и что вообще значит, что отношение “выражено” в тексте.
По мнению авторов теории, более половины отношений в тексте не маркируются специализированным сегментным показателем, и для ТРС несущественно, выражено ли данное отношение союзным средством соответствующей семантики, или у данного отношения нет сегментного выражения [14]. Однако, между событийной и дискурсивной структурой нет четкого соответствия, так как его нет между событийной и когнитивной структурой. И тогда, если мы считаем, что отношения могут быть не выражены никакими маркерами, можно попасть в ловушку и постулировать наличие некоторого отношения в тексте, потому что мы знаем, что оно есть в действительности, даже если в когнитивном представлении говорящего этого отношения нет. Иными словами, если риторическое отношение не выражено вовсе, то не очень понятно, почему вообще стоит считать, что оно в тексте есть. Логичнее предположить, что отношение должно быть выражено, но способы его выражения не ограничиваются специализированными дискурсивными маркерами и сегментными средствами. Например, существует союз И, который используется с большим количеством отношений и едва ли может считаться специализированным средством, а также несегментные явления, например интонация. Легко можно представить, как в зависимости от изменений интонации может меняться интерпретация отношения между двумя ЭДЕ (без изменения их сегментного состава).
В силу такого разнообразия средств для выражения риторических отношений критерии их определения становятся размытыми и субъективными, а при построении деревьев приходится опираться на интуицию исследователя. Рассказы о грушах имеют внешний стимульный материал - видеоролик, а значит их дискурсивная структура как-то соотносится с событийной структурой фильма. Можно считать, что некоторое риторическое отношение присутствует между двумя единицами в дискурсе, если это отношение можно детектировать без опоры на изначальный источник — фильм о грушах — учитывая только информацию, полученную из нарратива. При таком подходе интерпретация каждого случая все еще зависит от субъективной оценки исследователя, но кажется, это единственный критерий, на который действительно можно опираться при разметке нарративов.
Как уже отмечалось ранее, отношения могут быть или не быть выражены некоторым специализированным средством. Самые очевидные примеры такого средства: союз чтобы (для отношения Purpose), потому что/ так как (Cause), как/словно (Comparison).
Рисунок 1. Коннектор при отношении Purpose
В примере выше отношение Purpose выражено характерным для него коннектором чтобы. Этот коннектор можно добавить в любую ЭДЕ, если она связана с другой единицей отношением Purpose, без изменения смысла.
Стоит отметить, что не все отношения имеют соответствующие им специализированные коннекторы. Отношение Детализация (Elaboration) не имеет типичного средства выражения, как, например, на рисунке ниже.
Рисунок 2. Отсутствие коннектора при отношении Elaboration
Статистический анализ и выводы
Таким образом, специализированные коннекторы всегда есть у отношений, которые имеют на уровне синтаксиса соответствующий тип придаточного — придаточное цели, причины, условия и т. д. Эти отношения требуют построения не простой последовательности ситуаций, а некоторой иерархии, и поэтому обычно являются сложными и усваиваются в последнюю очередь. Например, усваивая отношение каузации, ребенок начинает фиксировать не только последовательность действий во времени, но и обусловленность одного из них другим [4].
Понимание связей и отношений между объектами действительности - одна из основных интеллектуальных способностей человека. Так как в возрасте 7–8 лет дети находятся на пути развития своих когнитивных способностей, логично предположить, что они еще не способны в той же степени осознавать всю сложность взаимоотношений между объектами действительности, по сравнению со взрослыми. А значит, их когнитивное представление как отражение действительности должно быть представлено меньшим разнообразием отношений. На основании этих рассуждений можно выдвинуть две гипотезы.
- В нарративах детей должно быть представлено меньше отношений, которые, как предполагается, должны усваиваться в последнюю очередь. (представленным отношение считается независимо от того, насколько эксплицитно и каким способом оно выражено).
- Так как ожидается, что все разнообразие способов выражения конкретного отношения должно усваиваться уже после того, как наличие этого отношения в принципе осознается ребенком, то можно предположить, что процент отношений, выраженных специализированным коннектором, у детей будет меньше
Чтобы проверить эти гипотезы, выберем те самые отношения, которые требуют построения иерархии и имеют специализированное средство выражения, а именно: Cause (Volutional/Non-volutional), Purpose, Obstacle, Concession, Result (Volutional/Non-volutional), Consequence, Motivation, Justification. Так как нарративы взрослых и детей отличаются по объему, было посчитано количество таких отношений, деленное на объем. Конечно, можно было бы посчитать количество каждого из этих отношений по отдельности, но для этого объем получившихся нарративов слишком мал.
Также была посчитана доля тех отношений, которые выделены специализированным средством (из приведенного списка, по отношению к общему количеству). Ниже приведены результаты для нарративов детей.
Таблица 1. Результаты для нарративов детей.
В таблице 2 приведены результаты для нарративов взрослых.
Таблица 2. Результаты для нарративов взрослых.
Чтобы проверить, существует ли зависимость таких параметров как доля выраженных отношений и доля выбранных отношений вообще от возраста, был применен статистический критерий Манна-Уитни, потому что выборки несвязанные и не подчиняются нормальному распределению.
Сначала применим критерий для показателей общего числа выбранных отношений, делённого на количество ЭДЕ в тексте.
H0: дети и взрослые не отличаются по количеству используемых отношений цели, причины, результата, уступки и т. д.
H1: Дети и взрослые значимо отличаются по количеству используемых отношений цели, причины, результата, уступки и т. д.
Полученное значение статистики равно: W = 1, а уровень значимости: p-value = 0.0000467. Так как значение статистики оказалось больше уровня значимости, гипотеза H0 отвергается, и выборки признаются неоднородными.
То же самое может быть проделано и для доли отношений, выраженных специализированными средствами. Полученное значение статистики равно: W = 19.5, а уровень значимости: p-value = 0.002198. Так как значение статистики оказалось больше уровня значимости выборки признаются неоднородными.
По результатам статистической проверки гипотез можно сделать вывод, что в возрасте 7–8 лет в нарративах детей встречается значимо меньше риторических отношений Cause (Volutional/Non-volutional), Purpose, Concession, Result (Volutional/Non-volutional), Consequence, Motivation, Justification, чем в речи взрослых. Это может объясняться тем, что эти отношения являются сложными, требуют построения иерархии между событиями действительности, и усваиваются в полной мере в более взрослом возрасте. Более сложные отношения в когнитивном представлении детей могут упрощаться и реализовываться как более простые, например Sequence. Усвоение коннекторов, выражающих соответствующие риторические отношения, тоже оказывается не завершено в этом возрасте. У детей значительно меньше доля отношений, которые оказались выражены специализированным средством
Список литературы
- Выготский Л.С. 1934. Мышление и речь. М.
- Кибрик А.А. 2003. Анализ дискурса в когнитивной перспективе. Дисс. на соискание ученой степени доктора филологических наук. М.
- Кибрик А. А., Подлесская В.И. Рассказы о сновидениях. Корпусное исследование устного русского дискурса. - 1-е изд. - М.: Издательский дом ЯСК, 2009. - 736 с.
- Лепская Н.И. Язык ребенка. Онтогенез речевой коммуникации. - 2-е изд. - Москва: РГГУ, 2017. - 311 с.
- Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. - 1-е изд. - М. АСТ, 2022. - 416 с., с. 68–105
- Прокошенкова Л.П., Гецкина И.Б. Дискурсивный анализ и его роль в современной лингвистике // Вестник Чувашского университета. - 2006. - №10. - С. 9-15.
- Седов К. Ф. Дискурс и личность. - 1-е изд. - М.: Лабиринт, 2004. - 317 с.
- Федорова О.В Синтаксический прайминг как метод исследования детского синтаксиса // Вестник Московского университета. - 2009. - №4. - С. 89-96.
- Федорова О.В Психолингвистические исследования дискурса в полевой лингвистике // Социо- и психолингвистические исследования. - 2016. - №4. - С. 7-19.
- Chafe W.L. The Pear Stories: Cognitive, Cultural, and Linguistic Aspects of Narrative Production. - 1-е изд. - Norwood, NJ: Ablex, 1980. - 323 с.
- Halliday M. A. K., Hasan R. Cohesion in English. - London: Longman Group Ltd, 1976. - 369 с.
- Labov W., Waletzky J. Narrative Analysis. - Washington: Washington Press, 1967. - 12-44 с.
- Mann W.C., Thompson S.A. Rhetorical Structure Theory: Toward a functional theory of text organization // Interdisciplinary Journal for the Study of Discourse. - 1988. - №8 s. 3. - С. 243-281.
- Toboada M., Mann W. C. Rhetorical Structure Theory: Looking Back and Moving Ahead. // Discourse studies. - 2006. - №8. - С. 423-459.