УДК 94

Первый и последний рейс «Совнаркома»

Манторов Андрей Алексеевич – кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры Философии, истории и права Сибирского государственного университета водного транспорта.

Аннотация: Катастрофа парохода «Совнарком» стала самой масштабным крушением в истории Обского бассейна в СССР. До сих пор мало что известно о событиях майской ночи 1921 года, когда двухпалубный пассажирский теплоход, перевозящий более 300 пассажиров и груз, затонул за несколько минут на середине Сибирской реки. Виновных в этой аварии нашли и привлекли к ответственности, но наказания они избежали.

Ключевые слова: «Совнарком», катастрофа, гибель пассажиров, красный фонарь, паровой котел, мука, Новониколаевск, фарватер, опора ж.д. моста.

10 мая 1921 года, грузопассажирское речное судно «Совнарком», придерживаясь установленного маршрута из Барнаула в Томск, затонул в нескольких метрах от фарватера реки Обь, на полном ходу протаранивший опору железнодорожного моста, соединяющий левый и правый берег Новониколаевска. Крушение парохода произошло в первый рейс навигации, которую открыли на Оби 27 апреля 1921 года. Двухпалубный пароход на колесном ходу вышел из Барнаула утром 9 мая, имея на своем борту около 14 200 пудов пшеничной муки в льняных мешках, запас дров, и, по разным архивным данным, от 300 до 400 пассажиров. Некоторые пассажиры были без билетов, поэтому точное количество установить не удалось. Большинство из них погибло. Спастись удалось не более сотне пассажирам, в том числе капитану «Совнаркома» В.Снегиреву и части его команды. Несмотря на внушительное в то время водоизмещение, сверхсовременный пароход ушел на дно реки в считанные минуты. А после его трагической гибели было проведено ряд расследований, однако причин жуткой аварии, в официальных данных почти не сохранилось.

Евдокия Мельникова и ее «Кормилецъ»

До Октябрьской революции 1917 года пароход «Совнарком» имел другое название - «Братья Мельниковы», еще ранее – «Кормилецъ», и в числе других пароходов принадлежал крупной Сибирской предпринимательнице Евдокии Мельниковой, которая на тот момент владела одной из самых серьезных пароходных компаний Западной Сибири.

После смерти своего мужа Виссариона, Евдокия Мельникова стала купчихой 2-ой гильдии, сколотив свой капитал на торговле зерновыми культурами и грузопассажирских перевозках. «Кормилец» - первый в России пароход на колесном ходу, с электрическим освещением от генераторов и паровым штурвалом. Построен он был на Тюменском заводе Пирсона-Гуллета в 1893 году. Впоследствии ему надстроили вторую палубу и улучшили распланировку. Длина судна составляла 51,82 метра, ширина с учётом обносов — 13,03 метра, осадка парохода колебалась от загрузки судна и была от 0,84 до 1,24 метра, дедвейт составлял 109 тонн. «Кормилецъ» был оснащен новейшей паровой машиной марки «Compaund», мощность которой достигала до 200 индикаторных (снятых с манометра непосредственно в цилиндрах) лошадиных сил. В качестве основного топлива для двигателя использовались дрова, иногда применялся каменный уголь, расход обуславливался нагрузкой и не превышал 1,7 кубометров/час.

Корпорация Е. Мельниковой насчитывала в собственности десять подобных судов и 6 барж и 6 дебаркадеров, и после своей смерти завещала весь флот своему старшему сыну Александру. В 1917 году, когда Мельниковой не стало, Александр понял, какие веяния происходит в молодой стране Советов, и продал весь флот Западно-Сибирскому товариществу пароходства и торговли «Товарпар», которые базировались в Новониколаевске за 1,6 млн. рублей, а сам переехал в Барнаул. Куда дел Александр деньги, вырученные за неплохой речной флот, до сих пор неизвестно.

После Октябрьской революции 1917 года пароход национализировали и дали новое имя в духе революционных перемен - «Совнарком». Первый маршрут «Кормильца» с новым названием стал его последним рейсом.

Красный фонарь смерти

Новоиспеченный пароход «Совнарком» отправился в свой обычный рейс Барнаула - Томск утром 9 мая 1921 года. Никто не допускал мысли, что новое название не принесет судну удачи, а навсегда впишет его имя в трагическую историю Сибирского флота.

Подходила к концу гражданская война, и сотни солдат торопились с фронта домой. Ночь 10 мая была темной по причине густой облачности, и, чтобы случайно не налететь на мель, капитан судна принял решение заночевать в Бердске. Однако это не понравилось вооруженным людям, которые были на борту - утром им необходимо было срочно находиться в Новониколаевске. И под давлением «перестрелять тут всех к ядреной бабушке» заставили капитана продолжить путь.

Около двух часов ночи пароход подошел к железнодорожному мосту. Капитан уменьшил ход теплохода, отослал впередсмотрящего и отдал приказ выгнать с нижней палубы пассажиров, которые приготовились к дебаркации. Опоры железнодорожного моста были освещены несколькими белыми лампочками, среди которых была одна красного цвета. Этот фонарь и решил судьбу «Совнаркома». Как потом выяснилось, капитан решил, что красный фонарь это сигнальный огонь фарватера, и взял курс на этот свет.

 В начале 19 века, в речной и железнодорожной отрасли ситуация с красными и белыми огнями была полным недопониманием — работники железной дороги, обслуживающие мост, считали, что за судовыми огнями, расположенными на опорах моста, несут ответственность работники речного транспорта, а те, в свою очередь, думали, что если мост для железной дороги, то и огни зажигать должны железнодорожные рабочие.

И тут, в полной темноте, перед самым носом судна, неожиданно возникла каменная опора моста - именно над ней и горел красный сигнал. В один миг рулевой переложил руль судна вправо, попытавшись смягчить удар бортом об опору, но из-за громадных размеров бывшего «Кормильца» силой течения понесло прямо на каменного «быка». Тяжелый удар пришелся на левый борт корабля, и переборки, которые отделяли грузовой трюм от машинного отделения, под напором воды стали ломаться. Силой течения пароход придавило к опоре моста, и он буквально на глазах переломился пополам. В огромную пробоину хлынула вода, которая стала заливать машинное отделение и трюм. Моментально вода проникла в паровой котел, в результате чело произошел мощный взрыв, и судно разломилось на две части.

После столкновения с опорой «Совнарком» потащило по течению, и в 500 метрах ниже моста он ушел под воду. До берега было чуть больше 200 метров. При мощном ударе об опору моста, верхняя палуба вместе с пассажирами оказалась в воде, им удалось спастись. Палуба с деревянными постройками поплыла по течению, на глазах охранников, наблюдавшими крушение судна с моста, рассыпаясь на части. ВОХРовцы, видели весь этот кошмар, принялись стрелять в воздух, надеясь привлечь внимание. Но кромешная тьма не позволяла разглядеть на воде ни людей, ни обломки корабля - их пытались выловить, ориентируясь по крикам о помощи, которых с каждой минутой становились все слабее и тише.

Спустя двадцать минут после крушения «Совнаркома», для спасения людей, с дебаркадера, в спешном порядке отчалили пароходы «Богатырь» и «Новониколаевскъ». В пяти милях от места крушения спасатели смогли зацепить и отбуксировать к берегу крупный обломок деревянного форкастеля – на нем оказалось более тридцати пассажиров, а так же часть экипажа, среди которых оказались капитан «Совнаркома» и его первый помощник.

Ниже по течению, возле с. Мочище выловили еще одну часть палубы, на котором оказались около 20 человек, некоторые из которых были мертвы от переохлаждения. Более мелкие деревянные обломки судна с окоченевшими трупами на них обнаружили, когда уже рассвело. Некоторых утопленников вылавливали из реки возле села Почта Колыванского района, которая находится в 60 милях ниже по течению. По некоторым данным, из около 400 человек, которые находились на борту «Совнаркома», спастись удалось лишь около ста человек.

Виновных нет

Стоит отметить немаловажный факт, что причастные к этой катастрофе выжившие члены команды «Совнаркома» так и не понесли заслуженного наказания. Как выяснилось, в тот роковой рейс у штурвала находился сам капитан В.Снегирев, на вахте в это время были лоцман Филипцов, старший штурвальный Втюрин, младший штурвальный Жиронин, и ученик лоцмана Ковалев. Капитан Снегирев и все члены его команды, по странному стечению обстоятельств, выжили.

Спустя некоторое время после крушения корабля, выездная сессия окружного Военно-революционного транспортного трибунала Сибопса рассмотрела дело и взяла всех членов экипажа под стражу. В тюрьме так же оказался и начальника 13 участка службы пути четвертого линейного отдела А. Зевальда. Именно под его ведомством находился железнодорожный мост через реку Обь в Новониколаевске. Его обвинение было в том, что он знал о начале навигации, но не дал распоряжение об установке судоходных знаков на опорах моста.

Через некоторое время состоялся суд, и виновным вынесли приговор — капитану судна Снегиреву дали два года каторги, остальным от полугода до года исправительных работ. А буквально через несколько месяцев вышла большая амнистия ВЦИК и виновных в этой аварии и гибели людей отпустили на свободу.

История не закончилась

Стоит отметить, что поднять со дна реки останки «Совнаркома» было несколько. В 1932 году сектору пути УРТА выделили в работу водную станцию, однако, в связи с сильным течением, водолазы спуститься на дно реки так и не решились.

В 1940 году спуск водолазов был успешнее – они срезали с затонувшего парохода паровой котёл, который отреставрировали после взрыва и благополучно запустили в котельной Затона (пригород Новосибирска). А в 1941 году, до начала Великой Отечественной войны, с затонувшего судна подняли электрические двигатели, которые впоследствии отремонтировали и передали в эксплуатацию на другие теплоходы. Железный корпус «Совнаркома», развалившийся на две части, еще несколько лет лежал грудой железа в фарватере, препятствуя судоходству.

В начале 1943 года, когда во всей стране свирепствовал голод, о затонувшем пароходе снова вспомнили. Точнее, не о нем, а о мешках муки, которую везли в его трюмах. Спустившиеся водолазы с большим трудом обнаружили и подняли на поверхность несколько сот мешков. Когда их подняли наверх, оказалось, что речная вода пропитала несколько миллиметров наружного слоя мешка, но внутри этого своеобразного кокона жито было совершенно сухим и съедобным. Кроме этого водолазы подняли пианино, которое стояло в кают-компании и несколько бытовых предметов.

В 1956 году перекрыли русло Оби для введения в строй Новосибирской ГЭС, и понемногу обмелевшая река стала вымывать затопленный пароход, который стал препятствием для судоходства. Для этого расчистили новый фарватер, а остов корабля пока оставили в покое. Тем не менее, в 1980 году снова вернулись к вопросу поднятия судна, однако осуществить задуманное удалось только в1984 году. Но к тому времени от него остался лишь ржавые листы корпуса.

Эпилог

С течением времени забываются многие эпизоды в истории, и у жителей Новониколаевска, а позднее и Новосибирска, стерлась из памяти то страшное крушение. Практически никто уже знает, что же произошло ночью 10 мая 1921 года – не осталось ни памятного знака, ни монументальной вывески. Об этом не написано в анналах по истории Новониколаевка, об этом факте молчат словари и учебники по истории. О той мрачной ночи, когда погибли более 300 человек, сегодня напоминает только белая полоса, нанесенная краской на четвертую опору железнодорожного моста через Обь.

Список литературы

  1. Энциклопедия Новосибирск. Гибель парохода «Совнарком» (бывш. «Братья Мельниковы») Новосибирск: Новосибирское книжное издательство, 2003. — 197 с. — ISBN 5-7620-0968-8.
  2. Дмитрий Букевич.У Новосибирска был свой «Титаник» RU — Новосибирск (11 июля 2011). 

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail