УДК 070

Гражданская журналистика: турецкая перспектива

Лу Сяни – студент Сямэньского технологического университета (Китай).

Аннотация: Гражданская журналистика – это форма альтернативных медиа, ставшая возможной с развитием средств связи и цифровых технологий. Гражданскую журналистику часто рассматривают как средство борьбы за демократию и свободу слова, противопоставляя ее государственным и коммерческим медиа. В данной статье рассматривается текущее состоящие гражданской журналистики в Турции, стране, в последнее десятилетие характеризующейся жестокими столкновениями государства и гражданского общества.

Ключевые слова: СМИ, независимая журналистика, гражданская журналистика, гражданское общество, свобода слова, Турция.

Чтобы заглянуть в историю гражданской журналистики нужно обратиться к академической литературе начала 2000-х годов. Наиболее полная информация, касающаяся возникновения и поддержания такой журналистской практики, содержится в отредактированном сборнике Стюарта Аллана и Эйнара Торсена «Гражданская журналистика: глобальные перспективы» [1]. В этой книге Аллан ссылается на цунами в Южной Азии в декабре 2004 года как на веху в создании первой независимой журналистики и массового распространения информации по основным каналам вещания во время стихийного бедствия. Термин «гражданская журналистика» отражает способность обычного человека свидетельствовать. За годы, прошедшие после цунами, этот термин прочно вошел в лексикон журналистики, чаще всего ассоциируясь с конкретным кризисным событием. Феномен описывается по-разному как «массовая журналистика», «журналистика с открытым исходным кодом», «распределенная журналистика» или «сетевая журналистика», однако ученые едины в том, что гражданская журналистика пересматривает приоритеты и протоколы освещения кризисов в момент их развития [1].

Таким образом гражданские журналисты-активисты, которые действуют с желанием защитить и укрепить демократию, становятся местом развития сотверменной журналистики. Они публикуются как в альтернативных традиционных, так и в альтернативных новых медиа и расширяют тем самым информационную сферу.

К альтернативным (или независимым) традиционным СМИ относятся те печатные, визуальные и аудиосредства, которые не принадлежат медиа-конгломератам, контролируемым олигархами с сильными правительственными связями. Несмотря на то, что за последние два десятилетия количество и охват этих типов медиа сократились, традиционные альтернативные медиа, например, играют значительную роль в борьбе с неравенством и нулевой терпимостью к разнообразию мнений в разных странах, в том числе в Турции.

Вторая категория - альтернативные новые медиа. Они связаны с развитием новых медиа-каналов, в основном цифровых, и функционируют на децентрализованной основе с существующими локальными сетями для доставки свежих новостей через платформы социальных сетей, автономные мультимедийные каналы и отдельные сообщества. Большинство практикующих альтернативные новые медиа в Турции – бывшие журналисты, потерявшие работу из-за, во-первых, финансового кризиса 2008-2009 годов и, во-вторых, политического всплеска в стране в 2012-2016 годах. Их контент в основном основан на трансмедийных формах, в которых используются самые современные технологии производства и вещания, которые привлекают аудиторию с высоким уровнем медиаграмотности.

Третья категория - гражданская журналистика, представителей которой Тюфекчи называет не имеющей журналистского образования и не имеющей стремления к карьере в журналистике [2]. Например, с восстанием в Гези гражданские журналисты стали основным источником информации для людей из всех слоев общества, и появились новые подкатегории, такие как видеоактивисты, которые транслируют в прямом эфире социальные движения, демонстрации, флешмобы и забастовки.

Подобная практика и их пропагандистская тактика имеют место не только в Турции, но и во всех подобных демократиях, которые находятся под угрозой неолиберального авторитаризма. Поэтому в таких странах, где насилие стало обычной частью повседневной жизни, безопасность альтернативных СМИ и гражданских журналистов от угроз, давления, цензуры, увольнений, взятия под стражу и ареста, похищения людей, физических нападений, пыток и убийств являются важными вопросами, которые следует учитывать в отношении к будущему демократической медиасферы [3].

Состояние средств массовой информации и различные формы, которые они принимают во времена кризиса или в пиковые периоды общественных движений, также являются важной парадигмой для размышления. Как и в случае с протестами Гези в Турции в 2013 году, благодаря авторитарным властям у гражданской журналистики появились новая терминология. Так, в Турции во времена Гези термин появился термин “чапулджу” (Çapulcu) -"мародер", который хорошо сочетался с усилиями активистов по созданию общей идентичности и самоопределения. Изначально используемый властями, термин «чапульджу» был быстро присвоен протестующими, как в его первоначальном виде, так и как англизированной форме «чапуллер», а также дополнительно вербализованной версии «чапуллинг», связанный с борьбой за права. Именно в этот момент новые медиа с их инструментами, гаджетами и гибкостью действовали как катализатор для всех ответственных граждан в сети. [4] Термин «Чапульджу», в Турции применяется к независимым медиа, выступающим как альтернатива СМИ-холдингам, которые стали известны как “пингвины” (это связано с тем, что CNN Turk транслировал документальный фильм о пингвинах вместо репортажа о общенациональных протестах во время Сопротивления Гези).

Исходя из этой точки зрения, можно утверждать, что гражданскую журналистику следует рассматривать как жизненно важную журналистскую практику, которая поддерживает связь между СМИ и демократией, и что она постепенно становится чем-то большим, чем просто организацией, нацеленной на укрепление таких отношений. Пример Турции, где альтернативная журналистики становится рупором и источником информации для народа условиях государственного информационного вакуума становится показательным.

Список литературы

  1. Allan S. Histories of Citizen Journalism // In Citizen Journalism: Global Perspectives. S. Allan & N. Thorsen, eds., Peter Lang: New York, 2009, pp. 17– 32.
  2. Tüfekci Z. Citizen Journalism in Turkey // Connected Action for the Commons, 24.06.2016 URL: http://politicalcritique.org/connected-action/2016/citizen-journalism-in-turkey/
  3. Coban B., & Ataman B.How Safe Is It? Being an Activist Citizen Journalist in Turkey // In The Assault on Journalism. U. Carllson & R. Pöyhtäri, eds., Nordicom Press: Göteborg, 2017. p. 279– 287.
  4. Coban B. & Ataman B. The Gezi Resistance and Activist Reporters // Communications. 42(1), 2017, рр. 1– 22.

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail