УДК 005.35

Информационная ответственность как новый компонент КСО: теоретическое и эмпирическое обоснование

Мяо Ли – преподаватель кафедры Социальной работы и социального менеджмента Университета Шаньдун Цзяньчжу.

Аннотация: Развитие информационного общества трансформирует многие социально-экономические институты, в том числе регулирующие отношения между бизнесом и обществом. Несмотря на это, концепция корпоративной социальной ответственности (КСО) практически никак не отражает специфические сферы воздействия на общество, связанные с безопасностью, доступностью, достоверностью информации. В статье приведены теоретические аргументы и эмпирические факты, обосновывающие необходимость включения особого информационного аспекта в современные системы КСО. На теоретическом уровне, такая необходимость опирается на концепцию устойчивого информационного общества, раскрывающую роль ИКТ в обеспечении устойчивости как общества, так и компаний. На эмпирическом уровне, аргументация основана на результатах экспертного исследования, показавшего, что представители компаний воспринимают информационную ответственность как важный аспект КСО, а также что развитая информационная культура способствует ее признанию и принятию.

Ключевые слова: корпоративная социальная ответственность, устойчивое информационное общество, информационная культура.

Введение

Корпоративная социальная ответственность – концепция, играющая все более важную роль в современном бизнесе. Она основана на идее о том, что корпорации в своей деятельности должны руководствоваться не только экономическими интересами своих собственников, но добровольно и осознанно включать в свои планы, практики и политики интересы тех, на кого этот бизнес так или иначе воздействует: работников и их семей, местных сообществ, партнеров, различных социальных групп и, в конечном итоге, всего общества [1]. Принципиальное значение при этом имеет добровольность принимаемых на себя обязательств, выходящих за пределы тех требований, которые сформулированы регуляторными институтами.

В западном корпоративном дискурсе представление о социально-ответственном бизнесе начало формироваться только во второй половине XX века, пройдя эволюцию от этической концепции, утверждавшей сугубо моральные основания необходимости сдерживания эгоистичных интересов собственников, до стратегической, согласно которой мультистейколдеризм и учет интересов общества и отдельных социальных групп способны повысить устойчивость и долгосрочную эффективность компании [2; 3]. Теоретическая разработка концепции [4-6] позволила конкретизировать содержательные аспекты КСО и условия ее реализации менеджментом компаний, став основой международных стандартов и других важных компонентов института КСО.

При всей важности теоретических дискуссий, они зачастую исходят из представления об универсальности как самого содержания принципов КСО, так и факторов их применения менеджментом. Однако эволюция социально-экономических систем меняет в том числе фундаментальные условия ведения бизнеса и, среди прочего, отношения между бизнесом и обществом. Концепция КСО формировалась в условиях зрелого индустриального общества, однако современный этап правильнее описывать как цифровое, или информационное общество. Спецификой нового этапа общественного развития стали фундаментальные изменения в информационной инфраструктуре и информационной среде, ключевую роль в которых играют бизнес-структуры. Это позволяет предположить, что актуальная концепция КСО должна быть адаптирована к проблемам информационного общества и, более конкретно, дополнена самостоятельным информационным аспектом социальной ответственности. Мы полагаем, что в поддержку этого утверждения существуют как теоретические, так и эмпирические аргументы, описанные ниже.

Информационная ответственность в структуре КСО: теоретические аргументы

Развитие теории КСО, а также ее имплементация в виде действующего социально-экономического института и управленческой практики проходило на фоне доминирования крупных промышленных корпораций индустриальной эпохи. Их характерными признаками являлись вовлечение массовой рабочей силы, концентрация производства на конкретных территориях, интенсивное воздействие на окружающую среду. Взаимодействие с обществом носило преимущественно институциональный характер, поскольку общественное давление осуществлялось посредством традиционных институтов политического представительства, НКО, масс-медиа. Во-многом, именно эти черты сформировали базовые представления о структуре и содержании социальной ответственности крупного бизнеса, в частности, исключительное внимание к экологической повестке, вопросам устойчивого развития и взаимодействия с местными сообществами, средствами массовой информации, другими институциональными акторами.

Однако рубеж XX – начало XXI вв. ознаменовался существенными трансформациями технологической и социально-экономической основы современных обществ, и прежде всего повсеместным распространением цифровых технологий. Теории информационного общества дали глубокое описание того, как использование новых технологий трансформирует многие институты общества и саму природу экономических и социальных отношений [7]. В частности, в информационном обществе начинает доминировать сетевой принцип социальной организации и отказ от строго иерархических моделей социальной организации в пользу горизонтальных.

Информатизация оказывает многообразное воздействие на взаимоотношения между бизнесом, обществом и государством. Деятельность компаний становится более прозрачной: информация об их деятельности, политиках, системе принятия решений, а главное – об их последствиях, – становится общедоступной и видимой для всех стейкхолдеров. Цифровые технологии хранения и передачи чувствительной корпоративной и личной информации, являясь несопоставимо более эффективными, создают новые риски, связанные с ее утечкой или искажением. Гражданское общество благодаря самоорганизации в социальных сетях получает возможность воздействовать на компании напрямую, без обращения к государственным, общественным или медийным институтам.

Несложно видеть, что новые принципы организации экономических и социальных отношений трансформируют и потенциальную сферу социальной ответственности компаний. Несмотря на это, вплоть до последнего времени теории КСО и устойчивого развития, с одной стороны, и теории информационного общества, с другой, развивались совершенно независимо друг от друга, практически не пересекаясь и не формулируя общую повестку.

Такой разрыв в теоретическом объяснении новых условий взаимоотношений бизнеса и общества начал преодолеваться только в последние годы, кода в работах ряда специалистов была сформулирована концепция устойчивого информационного общества (Sustainable Information Society, или SIS) [8-11]. Признавая основополагающую роль процессов создания и обращения информации и знаний в современной экономике и обществе, специалисты в области SIS попытались очертить контуры устойчивого общественного развития в условиях тотальной информатизации. Анализируя проблему с макроуровневой перспективы, ряд специалистов, таких как И. Спангенберг и С.Фуш, указывают, что устойчивое информационное общество требует не просто расширения доступа к информации и информационным услугам, то есть, преодоления «цифрового разрыва», но прежде всего активного гражданского вовлечения и участия в обеспечении качества жизни с использованием ИКТ [8; 10]. Так, С. Фуш говорит о необходимости интегрированного рассмотрения экологических, технологических и социальных аспектов устойчивости, которая основана на партисипативности и кооперации. При этом партисипативность предполагает равенство доступа к ИКТ, равномерность распределения власти и гражданское участие в создании социальных систем. Кооперация, в свою очередь, предполагает использование ИКТ для координации целей и действий различных акторов, согласования интересов и принятия сбалансированных решений.

При всей важности первых теоретических работ в области SIS, несложно видеть, что они сфокусированы на макроуровне социальной организации и носят достаточно абстрактный и концептуальный характер. Вместе с тем хорошо известно, что социальная ответственность бизнеса превратилась из абстрактной, этической теории в реальную управленческую практику и функционирующий институт только тогда, когда эта идея была интегрирована с моделями стратегического менеджмента и воплощена в конкретных управленческих инструментах и процедурах. Для современных компаний, КСО – это, прежде всего, конкретная функциональная область управления, основанная на международных стандартах (ISO 26000, AA1000 и др.), систем социальной отчетности (GRI и др.), внутренних политиках и регламентирующих документах.

В этой связи, представляется обоснованной необходимость развития современной концепции и практики КСО га основе учета характерных для информационного общества трансформаций социально-экономических отношений. На наш взгляд, можно определить несколько приоритетных направлений развития теории и практики КСО в информационном обществе:

  1. Идентификация и кодификация конкретных областей и видов ответственности компаний, специфичных для информационного общества. В современной теории КСО справедливо указывается на существование различных аспектов ответственности: экономической (обеспечение экономического роста, насыщение рынка товарами и услугами), социальной (гарантии работникам, взаимодействие с сообществами), политической (соблюдение не только национального законодательства, но и норм международного права, уважение прав человека), этической (благотворительность), экологической (предотвращение и минимизация загрязнения окружающей среды, энерго- и ресурсосбережение). В значительной мере эти аспекты обозначены и в международных стандартах. Однако ведение бизнеса в условиях информационного общества задает новые области ответственности, такие как:
  • обеспечение доступности информации, информационных ресурсов, технологий и услуг для различных социальных групп;
  • безопасность и надежность информационной инфраструктуры (сетей передачи данных, систем маршрутизации и оптимизации трафика, систем хранения данных и пр.);
  • защита персональных данных и конфиденциальной информации;
  • стандартизация протоколов и процедур цифровой обработки информации, необходимая для гарантий сохранения информации в условиях меняющихся технических требований;
  • предотвращение распространения незаконной и недостоверной информации, способной нанести существенный вред общественным интересам; и др.

Практика последних лет показывает, что все названные вопросы вызывают широкие общественные дискуссии, обсуждаются на государственном и международном уровне, приводя к регуляторным нововведениям и заставляя компании менять внутренние политики. Однако очевидно, что в интересах как бизнеса, так и общества создание максимально универсальных, прозрачных и понятных принципов, которые бы учитывали интересы разных сторон и могли единообразно использоваться в компаниях информационного общества. Мы полагаем, что информационная ответственность должна рассматриваться как самостоятельный аспект КСО, воплощенный в действующих стандартах и отражающих консенсусный взгляд на принципы ее регулирования.

  1. Изучение роли и возможностей компаний «информационного сектора» в институционализации информационной ответственности, формировании и распространения «лучших практик» КСО в этой сфере. Хотя информатизация бизнеса носит всеобъемлющий характер, очевидно, что разные отрасли в разной мере вовлечены в решение перечисленных выше задач информационной ответственности. Компании ИТ-сектора, в том числе интернет-компании, как следует предположить, находятся на переднем крае взаимодействия с обществом в информационной сфере, а потому именно от них во-многом зависит определение соответствующих стандартов и процедур КСО.
  2. Изучение роли ИКТ в решении более традиционных задач КСО. Поскольку деятельность в области КСО является сейчас институционализированной практикой, становится актуальным анализ влияния новых технологических средств для решения таких традиционных задач КСО как информационное обеспечение стейкхолдеров, согласование их интересов, анализ и прогнозирование данных, принятие стратегических корпоративных решений.
  3. Изучение влияние специфической культуры информационного общества на цели и практики в области КСО. Как утверждают теоретики информационного общества, становление информационного общества сопровождается не только развитием определенных институтов, но и распространением новых культурных ценностей и практик, в которых особую значимость приобретают креативность, самостоятельность, индивидуализм, коммуникативные способности [7]. Есть все основания полагать, что увеличение в социально-демографической структуре общества доли поколений Интернет-эпохи будет способствовать распространению этих культурных императивов. Учитывая же, что роль культурных и ценностных факторов в формировании политики КСО в настоящее время признается все в большей мере [12], изучение вклада специфической информационной культуры также становится все более значимым направлением исследований.

Таким образом, интеграция идей и подходов, сформулированных в концепции КСО и теориях информационного общества, задает актуальную и широкую программу исследований, в которой концепция SIS должна рассматриваться лишь как первый, во-многом предварительный шаг.

Информационная ответственность в структуре КСО: эмпирические свидетельства

В настоящее время обоснование синтеза идей КСО (устойчивого развития) и информационного общества носит почти исключительно теоретический характер, а выработка практических решений в этой сфере является скорее политическим процессом и мало зависит от надежных научных знаний. Одним из немногих полезных источников эмпирических данных, затрагивающим отдельные аспекты такого синтеза, стала работа польской исследовательницы Е.Зиембы, проведенная в рамках парадигмы SIS [13]. На основе опроса представителей 394 польских предприятий, она попыталась выявить зависимость между степенью принятия ИКТ и уровнем устойчивости компаний.

Принятие ИКТ включало в себя 4 компонента: расходы на ИКТ, информационная культура (ИКТ-компетенции, непрерывное обучение, мастерство, креативность и др.), менеджмент ИКТ (соответствие стратегии, управленческие процедуры, поддержка топ-менеджмента и др.), качество ИКТ (инфраструктура, качество и безопасность ИТ-систем, внедрение ERP и др.). Аналогично, устойчивость предприятия была представлена как интегральный показатель, включающий 4 компонента: экологическая устойчивость (использование ресурсов, загрязнение окружающей среды), экономическая устойчивость (конкурентоспособность, рыночная доля, ценность для собственников), социокультурная устойчивость (доверие, разнообразие, способность к обучению и самоорганизации, общие ценности), политическая устойчивость (уважение прав и демократических ценностей).

Корреляционный анализ полученных результатов показал наличие устойчивой взаимосвязи между уровнем принятия ИКТ и устойчивостью предприятий. При этом вклад различных компонентов в интегральную устойчивость оказался неодинаковым: наибольшую роль играет качество ИКТ (коэффициент корреляции 0,667), за которым следуют менеджмент ИКТ (0,656), информационная культура (0,572) и расходы на ИКТ (0,395) [13, p.1035]. Как можно видеть, три первых компонента оказывают сопоставимо высокий уровень воздействия, тогда как затраты как таковые оказываются менее значимыми. С точки зрения различных компонентов устойчивости, наибольшее воздействие принятие ИКТ оказывает на социокультурную и экономическую устойчивость, а наименьшую – на политическую.

Полученные Е.Зиембой результаты показывают существование тесной связи между информатизацией бизнеса и различными компонентами устойчивого развития. Вместе с тем данный подход не рассматривает информационную ответственность как самостоятельный аспект КСО, а информатизация носит преимущественно инструментальный характер. Чтобы отчасти восполнить дефицит информации, мы провели собственное исследование, в котором более четко поставили вопрос о важности информационной ответственности компаний и влияющих на нее факторах.

Исследование было проведено методом экспертного онлайн-опроса представителей крупных компаний из трех стран: КНР, РФ и США. Всего было опрошено 60 экспертов, представляющих как ИТ-отрасли, так и традиционные сектора промышленности.

Эксперты, в частности, оценивали по 5-балльной шкале выраженность девяти различных аспектов КСО (соблюдение международных стандартов, защита окружающей среды, благотворительность, экономическая устойчивость, качество и безопасность продукции, защита интересов работников, соблюдение прав человека, содействие общественному развитию, информационная безопасность) в своей отрасли. В результате анализа данных было выявлено, что значимость информационной безопасности, которая в данном случае выражает информационный аспект КСО, в среднем оценивается на 3,8 балла. В ранжированном перечне аспектов КСО, она занимает третье место, уступая лишь экономической устойчивости и качеству продукции. Это показывает, что уже сейчас элементы информационной ответственности признаются компаниями в числе приоритетных и воспринимаются как значимый аспект их деятельности. При этом в оценках значимости информационной безопасности существуют выраженные отраслевые различия: если представители ИТ-отраслей оценили ее значимость в 4,37 баллов (1-е место), то для традиционных отраслей эта цифра составила только 3,23 (7-е место). Очевидно, что в силу отраслевой специфики ИТ-компании более сфокусированы на специфических информационных аспектах КСО, которые непосредственно связаны с самим содержанием их бизнеса.

Оценивая КСО с нормативной точки зрения (на чем должны быть сосредоточены основные усилия), эксперты также высоко оценили информационные аспекты. Из пяти аспектов КСО (экономический, экологический, социокультурный, политический, информационный), информационная ответственность оказалась на 2-м месте по важности (4,0 балла) в целом по выборке, на 1-м месте у ИТ-компаний, и 4-м месте у прочих отраслей. Полученные данные, таким образом, подтверждают, что именно ИТ-компании объективно являются пионерами внедрения информационной ответственности в своей системе КСО. Однако еще большее значение имеет сам факт того, что вопросы информационной ответственности признаются в качестве легитимного и значимого компонента КСО современных компаний, независимо от их отраслевой принадлежности. 

В ходе экспертного опроса также оказалось возможным оценить роль информационной культуры в деятельности компаний в сфере КСО. Представители ИТ-отраслей продемонстрировали большую выраженность почти всех элементов информационной культуры (рис. 1).

1

Рисунок 1. Средняя оценка выраженности различных элементов информационной культуры по 5-балльной шкале.

Единственным элементом, в котором традиционные отрасли имеют более выраженную информационную культуру, стало организационное стимулирование использования ИКТ. Это может быть связано с тем, что для ИТ-компаний использование ИКТ является естественной и само собой разумеющейся частью повседневных процессов, тогда как в других отраслях менеджменту регулярно приходится использовать стимулирующие меры, чтобы обеспечить необходимый уровень проникновения технологий.

Наличие более выраженной информационной культуры оказалось связанным с экспертными оценками значимости информационного аспекта КСО. Эксперты, более высоко оценивавшие информационную культуру в своей отрасли, как правило, давали более высокие оценки и значимости информационной ответственности. Причем эта зависимость оказалась справедливой для всех отраслей. Это может служить косвенным подтверждением положительного влияния информационной культуры на готовность компаний признавать важность информационных аспектов КСО и разрабатывать соответствующие принципы и практики. Однако возможно и альтернативное объяснение: компании, признающие свою ответственность за информационную безопасность потребителей, партнеров, работников и общества, больше других склонны развивать в организации информационную культуру. Дальнейшие исследования представляются необходимыми для определения более точной взаимосвязи между информационной культурой и информационной ответственностью.

Заключение

Представление о необходимости соблюдать баланс интересов различных сторон при ведении бизнеса и выстраивании отношений между обществом и корпорациями в настоящее время признается важным принципом экономической деятельности. Однако при ориентации КСО на формализованные системы целеполагания, управления и оценивания (в частности, стандарты) существует риск игнорирования важных содержательных аспектов КСО, недостаточно отраженных в таких формализованных системах. Становление информационного общества привело к возникновению новых сфер ответственности компаний, которые пока остаются не охвачены в практиках и процедурах КСО. Теоретические аргументы и эмпирические факты, приведенные в данной статье, обосновывают необходимость включения информационного аспекта в структуру систем КСО, и его явного включения в практику современных компаний.

Список литературы

  1. Dahlsrud A. How corporate social responsibility is defined: an analysis of 37 definitions // Corporate Social Responsibility and Environmental Management. Vol.15. P.1-13.
  2. Lee M.-D. P. A review of the theories of corporate social responsibility: its evolutionary path and the road ahead // International Journal of Management Reviews. 2008. Vol.10. P.53-73.
  3. Благов Ю.Е. Эволюция концепции КСО и теория стратегического управления // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия: Менеджмент. 2011. №.1. С.3-26.
  4. Канаева О.А. Корпоративная социальная ответственность: эволюция теоретических взглядов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия: Экономика. 2013. №2. С.130-145.
  5. Aguinis H., Glavas A. What we know and don’t know about corporate social responsibility: A review and research agenda // Journal of Management. 2012. Vol.38. P.932-968.
  6. Campbell J.L. Why would corporations behave in socially responsible ways? An institutional theory of corporate social responsibility // Academy of Management Review. 2007. Vol.32. P.946-967.
  7. Castells M. The Rise of the Network Society. 2nd Malden, MA: Wiley-Blackwell, 2010.
  8. Spangenberg J.H. Will the information society be sustainable? Toward criteria and indicators for a sustainable knowledge society // International Journal of Innovation and Sustainable Development. 2005. Vol.1. P.85-102.
  9. Towards a sustainable information society / Ed. by J.Servaes & N.Carpentier. Bristol: Intellect Books, 2006.
  10. Fuchs C. Theoretical foundations of defining the participatory, co-operative, sustainable information society // Information, Communication & Society. 2010. Vol.13. P.23-47.
  11. Towards a sustainable information society: People, Business and Public Administration Perspectives / Ed. by E.Ziemba. Newcastle upon Tyne: Cambridge Scholars Publishing, 2016.
  12. Мяо Л. Влияние национальной деловой культуры на цели и практики в области корпоративной социальной ответственности // Социология. 2018. №2. С.190-194.
  13. Ziemba E. The ICT adoption in enterprises in the context of the sustainable information society // Proceedings of the Federal Conference on Computer Science and Information Systems. ACSIS. 2017. Vol.11. P.1031-1038.

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail