УДК 34

Проблема исполнения обязательств предпринимателями в условиях Covid-2019

Ли Ольга Эдуардовна – студент Института прокуратуры Уральского государственного юридического университета.

Аннотация: В данной статье рассматриваются проблемы исполнения обязательств лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, с точки зрения признания коронавирусной инфекции Covid-2019 и последствий мер, принимаемых органами власти, направленных на ограничение ее распространения, обстоятельством непреодолимой силы.

Ключевые слова: Covid-2019, обязательство, неисполнение обязательства, непреодолимая сила, акт органа государственной власти.

11 марта 2020 г. ВОЗ объявила инфекцию коронавируса пандемией [1]. В этих условиях особое внимание следует уделить вопросу исполнения обязательств предпринимателями, ведь, как известно, «взаимосвязь экономики и права имеет большое… практическое значение» [2. C. 6].

П. 3 ст. 401 ГК РФ оговаривает условия ответственности неисполнения обязательств лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность [3]. В теории гражданского права предполагается, что предприниматели, осуществляющие деятельность на свой риск, более склонны к прогнозированию и предвидению рисков, что обусловлено самой природой предпринимательской деятельности. Более того, «по общему правилу предприниматель отвечает по своим обязательствам, даже если оно нарушено без его вины» [4. С. 288]. При этом стоит понимать, что существует граница, за которой от ответственности предприниматель за неисполнение обязательства освобождается, т.е. он не отвечает за убытки, причиненные контрагенту в результате неисполнения обязательства. П. 3 ст. 401 ГК РФ предусматривает условия, при наступлении которых обязательство невозможно исполнить надлежащим образом. Под исполнением понимается «осуществление права кредитором и исполнение обязанности должником». [5. С. 37] Исполнение обязательства признается невозможным в силу непреодолимой силы (форс-мажор). По словам Гудовичевой Л.Б. «обстоятельства невозможности исполнения должны иметь такой характер, чтобы их можно было считать возникшими помимо воли и без вины сторон» [6. С. 59]. Вести речь об обстоятельствах непреодолимой силы возможно при наличии двух условий: чрезвычайности и непредотвратимости. «Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы "нормального", обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах» [7]. Непредотвратимым считается такое обстоятельство, при котором «любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий» [8]. Позиция по вопросу, что относить к обстоятельствам непреодолимой силы, у судов сформирована. К таким обстоятельствам относят и эпидемии. [9].

На данный момент (30.03.2020) лишь 19 субъектов из 85 признали коронавирусную инфекцию обстоятельством непреодолимой силы. [10]. В перспективе ожидается признание всеми субъектами. По моему мнению, инфекция отвечает признакам непреодолимой силы, обладая свойством чрезвычайности и непредотвратимости. Другими словами, распространение инфекции носит экстраординарный и неизбежный характер. С другой стороны, встает вопрос, касающихся полномочий субъектов по признанию коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы. Так как в соответствии с частью «о» статьи 71 Конституции РФ гражданское законодательство находится в ведении РФ. Представляется возможным, что суды при рассмотрении споров будут учитывать акты субъектов как доказательство существования непреодолимой силы.

Рассмотрим вопрос исполнения обязательств с точки зрения принимаемых органами власти ограничительных мер по распространению Covid-2019 в контексте п. 1 ст. 417 ГК РФ [3]. Принятие органом государственной власти или органом местного самоуправления акта, который делает невозможным исполнение обязательства полностью, является основанием для прекращения обязательства, которое должно быть непосредственно связано с теми действиями, на осуществление которых органы власти наложили запрет. «Юридическая невозможность исполнения обязательства заключается в том, что должник фактически может исполнить свою обязанность, но вследствие издания публичного акта не имеет права — это сделать» [4. С. 330]. Последствия принимаемых органами власти ограничительных мер носят одновременно чрезвычайный и непредотвратимый характер, отвечая признакам обстоятельства непреодолимой силы. Речь идет о таком обстоятельстве, которое разумный участник гражданского оборота вряд ли бы принял во внимание и которое после его появления невозможно избежать каким-либо образом. Лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность и пострадавших в той или иной мере от принятия ограничительных мер, можно дифференцировать на две группы: а) пострадавшие от ограничительных мер напрямую (авиакомпании, организаторы концертных мероприятий и проч.) и б) пострадавшие косвенно (например, сети питания, потерявшие потоки клиентов). Шанс признания судом коронавирусной инфекции в качестве обстоятельства непреодолимой силы, повлиявшего на ход предпринимательской деятельности, есть, на мой взгляд, у первой группы. 

Таким образом, в условиях распространения коронавирусной инфекции предпринимателям стоит быть готовыми ко встрече со случаями неисполнения обязательства по причине непреодолимой силы либо принятия ограничительных мер органами власти.

Список литературы

  1. URL: https://twitter.com/WHO/status/1237777021742338049 - (дата обращения: 30.10.2021).
  2. Экономика и право: соотношение, проблемы взаимодействия: Коллективная монография. – Екатеринбург: Издательский дом «Уральский государственный юридический университет, 2018. – 167 с.
  3. "Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)" от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 26.10.2021).
  4. Сарбаш С.В. Элементарная догматика обязательств: Учебное пособие / Исслед. центр частн. права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, Рос. школа частн. права. - М.: Статут, 2016. – 436 с.
  5. Гонгало Б.М. Д.И. Мейер и формирование учения об обеспечении обязательств // ученые записки Казанского университета. Серия гуманитарные науки – 2019 - №4 – 37-43 с.
  6. Гудовичева Л.Б. Форс-мажор во внешнеэкономических контрактах // Российский юридический журнал – 1993 - № 1 – 52-60 с.
  7. Постановление Президиума ВАС РФ от 21 июня 2012 г. № 3352/12 URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=289442#05145083276007583 (дата обращения: 31.10.2021).

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail