gototopgototop

Этно-социальные традиции и ценности казачества

Ерохин Игорь Юрьевич – старший научный сотрудник Кройдон Колледж. (г.Лондон, Великобритания)

Аннотация: Система духовно-нравственных ценностей имеет в казачестве совершенно особое и уникальное значение. Именно на ней формируется идеология государственного служения казачества. Именно благодаря этой стройной и организованной системе удалось осуществить переход от былых «вольностей» казачьей общности к организации казачьего служилого сословия – верного защитника России.

Ключевые слова: Казаки, казачья культура, нравственность, идеология, государственное служение, казачий этнос, казачья литература, традиции, история и современность.

Введение.

В настоящее время в России происходят процессы возрождения казачьей общности. Казачество активно привлекается государством к участию в несении государственной гражданской и военной службы. В свете этого невозможно не обращать внимания на казачью культуру и традиции, пренебрегать ими, игнорировать их существование. Исторический и культурный опыт казачества – это ценнейший элемент российского наследия. Бережное и трогательное отношение к нему должно стать залогом того, что современное государство и власть избегут ошибок в формировании государственной политики в отношении казачества, которых столь много было допущено в давнем и совсем недавнем прошлом.

1.Казачья семья как уникальный культурный феномен в системе российской государственности.

Главная трудность изучения процессов исторического развития казачества связана с утратой целостного о нем представления как о культурно-исторической и социально-политической общности. Система, которая призвана выработать целостный подход о казачестве, еще не создана. Это еще только предстоит сделать, определив основные понятия и термины, которыми может характеризоваться казачья общность.

На протяжении веков исторического развития казачество формируется не только как военная и социально-политическая сила, но и как духовно-нравственное и культурное сообщество с богатыми традициями и огромным наследием для потомков. Эти два вектора развития казачества взаимно дополняют друг друга, имеют важные функции и значение, о них стоит постоянно помнить при изучении истории казачества. Многие исследователи говорят о казачестве и как о неком военно-духовном ордене единомышленников, построенном на военно-этно-социальной основе.[8;22;23;26]

Любая семья – это основа и важнейшая структурная единица государства и государственного устройства. А казачья семья – это совершенно уникальный культурный и исторический феномен, ее роль совершенно особа.[2;14]

В настоящий момент духовный уровень значительной части молодежи находится в запущенном состоянии, прослеживается рост целого ряда негативных тенденций, проявлений и преступлений, вызванных, прежде всего, отсутствием духовно-нравственного воспитания в семье. Негативность проявляется в безнравственных поступках, пьянстве и алкоголизме, случаях употребления наркотиков, нецензурных выражениях, отсутствии уважения к старшему поколению, деградации системы ценностных ориентиров и мотиваций, несоблюдении нравственно-правовых норм, установленных в обществе. Понятия крепкой семьи, морали, нравственности, порой, молодыми людьми воспринимаются как пережиток прошлого, анахронизм. Кроме того, в настоящее время в обществе широко развернута дискуссия по вопросам внедрения в российскую действительность опыта и практики ювенальной юстиции, что не может не вызывать вполне обоснованной обеспокоенности среди мыслящей части гражданского общества.

Казаки несли военную службу постоянно. В периоды смут, учреждения военного положения выходили на защиту Отечества поголовно от 15 до 60 лет. Отношение казаков к системе организации военной службы, мобилизационным мероприятиям тоже отличалось серьезным подходом. Поэтому основной функцией казачьей семьи, прежде всего, являлось воспитание молодежи и подрастающего поколения в духе ратных традиций, почитания ритуала боевых доблестей, воспитания будущих воинов.

Именно поэтому, воспитание в казачьих семьях осуществлялось в достаточной строгости. Нередки были случаи наказаний, ограничений, принуждений. Кубанский казак М.Ф.Перепилица, любящий и почитавший своего отца, свидетельствовал о нем, - «Часто говорил, что мне надо кнута дать. Поплачешь».[17]

Однако, обид на родителей не было. Их почитали, любили и слушались. Недаром совсем статус атамана сравнивали со статусом родного отца, чествуя его словами «батька-атаман». В русской казачьей традиции на протяжении многих веков сложился образ отца, как человека, воплощавшего в себе принципы закона, долга и чести. Человека, которому дано право определять жизнь детей и принимать решения, наказывать и миловать. Обычно, отец не вмешивался в мелкие домашние заботы и хлопоты домочадцев, но при решении принципиальных и судьбоносных вопросов жизни семьи его личность и мнения выступали на передний план. Только отец мог разрешить или не разрешить женатому сыну отделиться от семьи и начать самостоятельную хозяйственную деятельность.

Наказание было не столько правом отца, сколько его обязанностью. Отцу не полагалось наказывать детей сгоряча, «под горячую руку», а только за серьезные проступки, могущие нанести вред всей казачьей общине, ее ценностям и идеологии: трусость, воровство, порчу имущества, ложь, неуважение к старшим и др. Оно обычно принимало форму своеобразного воспитательного ритуала и не зависело от возраста провинившегося, его социального станичного статуса, наличия былых заслуг. Хорошо известно, что секли и казачьих начальников, и взрослых казаков. Так в казачестве реализовывался принцип социального равенства перед законом всех и каждого, справедливости и неотвратимость перед наказанием за провинности.

Подготовка казака к воинской службе начиналась с раннего детства. По словам историка казачества Н.И.Бондаря: «Дети привыкали к лошади с самых ранних лет. Это могла быть для начала посильная работа по уходу за нею. Причем, некоторые виды работы скорее воспринимались как игра, забава, приятное времяпрепровождение, чем обременительный тяжкий труд, повинность: выпас, купание, перегон лошадей».[4, c.50] «После 11-12 лет мы постоянно упражнялись в верховой езде», - говорил казак-конвоец Ящик Тимофей. В будущих воинах атаманы ценили воспитание семьей, - смелость, лихость, удаль и отвагу. За это молодому казачеству могли быть прощены отдельные шалости и забавы, которые ассоциировались с древней историей казацких «вольностей». Всю гражданскую жизнь казаки рассматривали как прелюдию подготовки к опасностям войны. «Хорош на гумне, будет хорош и на войне», - говорили о тренировках молодых казаков. Обучение часто происходило по принципу «делай как я». Наблюдая за отцом и старшими братьями, подросток выстраивал свои отношения с обществом, - взрослыми людьми, соседями, станичниками, стариками, женщинами и мужчинами, врагами, учился отвечать на обиду и за свои поступки, вести себя так, как положено в той или иной ситуации мужчине.[ 19, c.243-244]

Что касается верховой езды, тут существовало множество казачьих семейных ритуалов. Показателен элемент казачьего ритуала постригов – посажение на коня, в котором конь символизировал мужскую сферу жизнедеятельности (подобно сабле в других вариантах обряда). Древнерусские летописи XII-XIII вв. сохранили немало свидетельств о данном обряде. Мальчиков от 2 до 7 лет особым образом стригли и затем садили на отцовского коня. Обряд включал в себя также молебен, общее празднование и пир, во время которого чествовали родителей. Он наблюдался не только у казаков, но и был принят, известен в Византии, Польше. К концу XIX в. в Европе обряд умирает, у русских крестьян он тоже сошел на нет, сохранившись только у некоторых групп казаков юга России. [19, c.282] На Дону такие постриги могли осуществляться задолго до наступления годовалого возраста. Отец надевал на ребенка саблю, сажал на коня и ножницами постригал волосы в кружок, после этого возвращал матери сына со словами: «Вот тебе казак». У оренбургских казаков такие постриги приобрели характер развернутого ритуала, поэтапно оформлявшего взросление и вовлечение ребенка, подростка в жизнь общины. После первого пострига, через 2-4 года устраивался праздник первых штанов, их обычно дарил старший в роду мужчина. С этого момента крестный начинал обучать мальчика военному искусству, приучать его к той же верховой езде. Данный обряд не только показывает структуру и значимость семьи в процессе социализации, но и переход его из ритуальной сферы в профессиональную (военное дело) и социохозяйственную, связанную с усвоением мальчиком хозяйственных функций. Этот ритуал сохранил изначальную семантику в казачьем фольклоре. [19, c.283] Сегодня воспитательный потенциал казачьей семьи и станичных традиций, по мнению специалистов, раскрывается также, начиная с 3-5 летнего возраста. [14, c.22-23]

При внимательном рассмотрении в системе постригов можно увидеть элементы основ государственного начала функций казачьей семьи.

Статус отца в казачьей семье был довольно высок и корнями уходит в древний уклад и обычай казачьих сообществ, когда их глава избирался, но затем был непререкаемым авторитетом. Это было обусловлено прежде всего тем, что на нем лежала ответственность за принятие важных решений, обеспечение жизнедеятельности сообщества (а у отца – семьи). Как прежде казаки демонстрировали свое уважительное отношение атаману, старались поддерживать непогрешимость его репутации и авторитета, так и члены семьи относились к отцу – главе рода.

Данные факты были вызваны не только, думается, соображениями вековой казачьей идеологии, но и сугубо утилитарными причинами. В условиях бесконечных жестоких войн, осуществления сложнейших и опаснейших функций по защите рубежей Отечества от нападений иноземцев, казачеству было крайне необходимо создать, организовать и структурировать систему, наиболее оптимально способствующую его сохранению и выживанию. В этой системе принципы выборного демократического устройства логически дополняли и соседствовали с принципами иерархии, единоначалия, жесткого исполнения и подчинения приказам. На полях брани выживал сильнейший, наиболее подготовленный член общности.

Казачья семья имела свою особую форму казны, предназначенную для осуществления подготовки к организации будущей военной службы.

Традиционно было принято считать, что «Казачьи семьи глубоко патриархальны. [15, c.187] Главой семьи считался мужчина, который единолично распоряжался семейным бюджетом, принимал решение об отделении сыновей и дочерей при вступлении их в брак». О роли казачек в управлении семьей говорилось очень мало и вскользь. Между тем, - «Женщины-казачки были в семье равноправны вне зависимости от их национальности и прочих равных условий. Ни о какой дискриминации казачек речи быть не могло». Запорожская Сечь[27], где процветал сугубо мужской военный лагерь, куда женщине не было ходу, являлась скорее исключением из общего контекста развития казачества. У донцов, терцев, кубанцев издревле женщина принимала участие в несении военной и государственной службы. Женщины там были не только хозяйками, воспитывали детей и состояли при своем муже, но и на поле брани показывали отличные навыки воинской выучки.[24;25] В.А.Потто справедливо подметил: «Женщина, вечная труженица в мирное время, в минуты опасности являлась у казаков полноправным бойцом, как и ее отец, муж, сын или брат». Уже в древней истории казачества мы находим множество тому подтверждений.

В известном «Азовском сидении» при защите крепости от турок приняло участие более 800 казачек. Многие из них пали при сражении. В более поздний период описан случай, повествующий о битве за станицу Наурскую, когда в июне 1774 г. девятитысячное татарское войско вместе с примкнувшими к нему чеченцами попыталось осадой захватить еще недостроенную станицу. Все строевые казаки на тот момент находились в длительном походе. Отразить натиск татар и горцев взялись полторы-две сотни женщин: «Били из ружей, кололи штыками, перетаскивали с места на место пушки, стреляли из них картечью». Источники утверждают, что одна из предпринятых атак была отбита благодаря вылитого на головы врагу кипящего свиного супа. Императрица Екатерина II наградила отважных казачек медалями и даже учредила в их славу специальный «бабий праздник», отмечавшийся в станице 10-11 июня.[18]

Привлечение казаков на государственную и военную службу коренным образом меняет и статус казачьей семьи, усиливает в ней положение и роль женщины, придает ее роли и функциям особое звучание и значение.

Если о женщине-казачке как матери, труженице и хранительнице семейного очага было много написано в художественной и научной литературе разного времени, то о казачке – воине сведения крайне скупы и отрывочны, они разобщены и разрознены. Не существует сколь либо серьезных обобщающих научных трудов данного плана. И такое положение тоже еще только предстоит поправить историкам, педагогам, социологам, правоведам. Ведь широко известно крылатое казачье изречение, - «Были б казачки, а казаки найдутся».

Все же последнее время в исторической науке наметился отход от традиционного изучения казачьей семьи исключительно только как культурного и фольклорного предмета в сторону все более глубинного изучения ее государствообразующих основ. Это не может не вселять оптимизма, что процессы идут в нужном русле и в нужном направлении.

«Семья в принципе есть атом народа (этноса). Для современного государства семья есть бесконечно малая величина. Государство, скорее растирает семью в порошок для достижения максимальной степени собственной комфортности, общегражданского строя, который способствует власти олигархии. Казачья семья – это нечто особое».

Исследователь И.Ю.Васильев совершенно верно отмечает, - «Воинская система ценностей не обошла стороной и женщин казачек. Конечно, они видели смысл своей жизни в семье и не считали насильственную смерть нормальным явлением. Но, чтобы выжить в условиях войны, нужно было уметь не бояться смерти и защищаться.»[5] Им приводиться факт, как «В 1826 г. близ Екатеринодара на казачий обоз напали черкесы, бабы разбили тюки да давай разносить патроны. Они проявили героизм, за который были награждены.»[5] Большой интерес представляют женские боевые персоналии.

Один из источников повествует тоже о представительнице кубанского казачества – Ульяне Линской, которая выступила отважной защитницей Полтавского куреня при нападении на него горцев. При отражении нападения одного из нападавших Ульяна утопила в бочке с квасом. Отважная казачка удостоилась ратных почестей односельчан.

В XIX в. источники рассказывают про подвиг казачки Марьяны Горбатко, которая отличилась при защите Адагумской оборонительной линии, что соединяла правобережье Кубани с берегом Черного моря и насчитывала в своем составе порядка двадцати боевых укреплений и постов. М.Горбатко несла службу в составе Липкинского поста, на котором кроме нее находилось еще тридцать пять воинов – мужчин.[18]

В историю военного и государственного строительства России вошли не только женщины-офицеры и унтер-офицеры, но и единственная женщина – войсковой атаман. В XVII в. выходец из старинного ханского калмыцкого рода Петр Тайшин принял православие вместе со всем своим улусом. Вскоре после этого старый князь скончался, а за управление делами взялась его вдова, - княгиня Тайшина, в подчинении которой находилось более 2400 подданных. Правительством ей была выделена земля для оседлого поселения и она была принята на царскую службу. Данные события происходили на Волге, где была заложена казачья крепость – застава Ставрополь (ныне – Тольятти). Именно эти крещеные калмыки впоследствии составили костяк и хребет Ставропольского казачьего войска, славного своими ратными традициями. Княгиня же была наделена статусом и полномочиями войскового атамана. К новому войску государством было приписано тысяча солдат-отставников и более двух тысяч душ крестьянского населения. Княгиня пользовалась статусом атамана пожизненно.[18]

С началом Первой мировой войны на ее фронты устремляются не только казаки, но и отважные казачки. В источниках упоминается имя жены есаула Оренбургского казачьего войска Серафимы Кудашевой, еще до начала войны участвовавшей в ставшем легендой конном переходе из Владивостока в Петербург. Казачка Кудашева была удостоена высокой чести быть принятой во дворце у Государя. Император, вручая отважной женщине орден Святого Иона, произнес: «Если бы все наши офицеры были столь же мужественны и выносливы, умели так владеть конем, то наша армия была б непобедима». С началом войны с германцами С.Кудашева явилась в армию на собственном коне и с личным оружием, почти сразу же была зачислена в разведку. Воевала Кудашева дерзостно и отважно.[18]

Еще одной казачкой-разведчицей стала Елена Чоба. Чоба происходила родом из небольшой кубанской станицы Роговской. За участие в Первой мировой была награждена двумя Георгиевскими крестами. Девушка с детства любила лошадей, участвовала почти во всех конных соревнованиях станичных казаков. Именно станичные старшины выступили ходатаями Елены при отправке той фронт, где ранее героически погиб ее муж. Поддержал прошение Чобы и начальник Кубанской области генерал-лейтенант Бабыч. О своих решениях они не жалели впоследствии. О том, как доблестно Е.Чоба воевала, рассказывал журнал «Кубанский казачий вестник»: «В пылу огня, под несмолкаемый грохот пушек, под беспрерывным дождем пулеметных и ружейных пуль, по свидетельству товарищей, она без страха и упрека делала свое дело. Переезжая с фронта на фронт, с тыла на передовые позиции, из армии в армию она смело и бодро смотрела в глаза своему противнику, с которым зачастую приходилось быть на расстоянии штыкового удара. Снежные бури, лютая зима карпатских гор, бесконечные переходы, ночные атаки и постоянные бои составляли ее стихию. Елена Чоба, показной избегая славы, выделялась на общем фоне своей лихостью. Глядя на молодую, безусую и неустрашимую фигуру своего храброго соратника, неутомимо шли на врагов вслед за ней ее товарищи.» За бесстрашие истинного казака последние наградили Чобу уважительным прозвищем «казак Михайло», тем самым уровняв ее с собой в правах.[18]

С историей войскового служения Е.Чобы тесно роднится и история жизни другой женщины-казачки, - дочери уральского войскового старшины Натальи Комаровой. Комарова тоже отлично освоила верховую езду, с детских лет бредила подвигами и сражениями. Наталья купила коня и военную амуницию, добровольцем отправилась на фронт, где уже сражались ее отец и брат. Источники сохранили описание девушки: «На вид ей было всего лет 17-18. Хорошее русское лицо светилось отвагой и добротой, носик был чуть-чуть вздернут, искристые глаза смотрели открыто и прямо. Широкие черные шаровары в талии были перехвачены широким кожаным поясом, к которому с одной стороны был прикреплен длинный кинжал в серебряных ножнах, с другой – больших размеров кобура с револьвером. Темно-синий бешмет, отороченный серебряными галунами, облегал стройную фигуру казачки. За плечами на ремне висел легкий карабин.» Воевала Комарова беспримерно героически. По силе, дерзости, мужеству и отваге ни в чем не уступала мужчинам.[18]

Современное казачество с гордостью наследует принципы и традиции в отношении женщины: современные казачки, - полноправные члены казачьих войсковых объединений и обществ. Они по праву наделены тем же кругом обязанностей и прав, на которые претендует мужская половина казачества. В положении «Права и обязанности казака» многих казачьих обществ вполне прямо и недвусмысленно говорится о роли женщины: «Казачки могут создавать любые объединения внутри общества, не противоречащие принципам православия и Уставу общества, в которые казак, старик или атаман не имеют права вмешиваться без просьб самих женщин. По просьбе атамана или атаманского правления казачка может принимать участие во всех делах общества, где пользуется всеми правами. Интересы женщины-казачки на Кругу представляет ее отец, крестный, муж, брат или сын. Казачка вправе выбирать себе ходатая из своих станичников, хуторян или совета стариков. Казачка имеет право обращаться непосредственно к атаману с просьбами, жалобами или предложениями или выходить на Круг через совет стариков.»

2.Нравственно-духовные основы государственного мировоззрения казачества.

Казачья семья была важным звеном в цепи формирования нравственно-духовных основ концепции государственного служения казачества. Роль ее в этом процессе значительно велика, основательна и бесспорна. Вместе с тем, существовал и существует еще целый ряд факторов, способствовавших складыванию казачьей государственной мирокартины, которые важно знать, понимать и учитывать при изучении казачьей истории.

Эпохи войн и затяжных многолетних конфликтов с одной стороны умножали ратный опыт казачьей общности, с другой, способствовали складыванию в ее глубинах особой идеологии мироощущения.

Ратные казачьи подвиги, героическое служение интересам Отечества и идеям государственности были бы по сути своей невозможны без глубокого единства внутри самой казачьей общности, единствами между казаками на принципах боевого братства и основах товарищества. В соответствии с древними традициями казаки видели себя единой общностью, единой семьей. В беде они активно выручали друг друга. «У линейцев глубоко внедрен полковой дух, без которого нет настоящего войска. Полк для них вместе и знамя и родина; полковая слава дорога для них и как воинская, и как гражданская», - писал один из исследователей Кавказской войны и судеб казачества в ней Р.А.Фадеев. «Отношения между казаками были более чем товарищескими . Общий котел и кисет, необходимость теснее жаться друг к другу совершенно уничтожили атрибуты офицерского чинопочитания. Равно как отсутствовали и погоны. Однако соответствующая дисциплина от этого не страдала. Вечером производилась зоря с пением во всеуслышание положенных молитв и чтение приказов», - говорит о жизни партизанских отрядов Белого казачества на завершающем этапе Гражданской войны историк казачества И.С.Бойко.[3]

Принципы существования казачьей семьи и казачьей общины во многом были едины, тесно и неразрывно связаны друг с другом и сцементированы казачьей идеологией. Семейная идеология плавно перетекала в идеологию общины, а последняя много делала для становления, укрепления и поддержания семейных традиционных казачьих ценностей.[6;7;20]

Участие казаков во множестве войн и военных конфликтов делало их уникальной социальной и военной общностью, которая выгодно отличалась от парадного, причесанного и приглаженного штабного офицерства Империи. Казаки знали все тяготы и лишения походной жизни, их боевое братство складывалось веками, они помнили эпоху своих «вольностей», за которые боролись и пролили немало крови, и своей, и неприятеля.

Традиционные выработанные веками казачьи духовно-нравственные ценности нашли свое отражение в казачьем фольклоре, большом числе казачьих пословиц и поговорок, присказок.[10-13; 16] В них отражены, -
1.)Принцип почитания и уважения к старшим:
-Господа старики – первейшие казаки;
-Родительское благословение в воде не тонет и в огне не горит;
-Нет такого дружка, как родная матушка.

2.)Принцип воинской дисциплины, единоначалия:
-Без атамана казак сирота;
-Атаманом артель крепка;
-Без атамана дуван не дуванят.

3.)Высокие личностные, морально-нравственные качества казака, доблести:
-И один в поле воин, если он по-казачьи скроен;
-Казан проверяют по звону, а казака по слову;
-Казаком быть – не разиня рот ходить;
-Казачья смелость порушит любую крепость;
-От безделья не бывает у казака веселья;
-Смекалка во всяком деле казака выручает;
-Казак в бою спины не кажет, у казака в бою нет спины;
-Без работы, как без заботы и умный казак в дураках ходит;
-Кто пули боится, тот в казаки не годится;
-Характер – что казачья лава в атаке;
-Не тот казак, что водою плывет, а тот, что против воды;
-Казак смерти не боится, он Богу нашему знадобится.

4.)Умение и потребность овладения системой воинского искусства:
-Где тревога, туда казаку и дорога;
-Горазд как ложкой, так и шашкой.

5.)Огромная любовь к отеческой земле, готовность всегда встать на ее защиту:
-Казак скорее умрет, чем с родной    земли уйдет;
-За морем теплее, а дома светлее;
-Будешь, чужа держава, с Россией шершава – казаки тебя мигом выгладят;
-Казак на службе горит, а без службы тухнет.

6.)Веселый, зачастую буйный нрав казака, память о древних казачьих «вольностях» и основах демократического казачьего устройства жизни:
-Веселы привалы, где казаки запевалы;
-Казаки никому не кланяются;
-У победы – богатый обоз.

7.)Преемственность традиций, историческая память:
-Казак молодой, а сноровка старая;
-Казачьему роду нет переводу!
-Казак живет не тем, что есть, а тем, что будет.

8.)Первородность, старейшество Дона и его почитание:
-Что ни казак, то с Дону;
-Казак от Дона повелся;
-Казак с роду – казак с Дону;
-Казак донской – рубака лихой.

9.)Принципы семейного и воинского братства, осознание начал товарищества
и семейных казачьих уз:
-Казак за казака горой стоит;
-Казак казаку – брат, а на войне – во сто крат!

10.)Особое отношение к коню:
-Добрый конь в беге, что сокол в небе;
-Не вини коня, вини дорогу;
-Коня гони не кнутом, а овсом;
-Справный конь спит стоя;
-Надежное у коня стремя – цело в бою темя;
-Кони в лугах, что жемчуг в шелках;
-Узда наборная, да лошадь вздорная;
-Байками коня не накормишь;
-Худого коня не выправит и уздечка с насечкой;
-Казак сам не съест, а коня накормит;
-У коня душа человечья.

Анализ приведенного позволяет сделать вывод о том, что это не есть чисто отдельные обособленные этнические элементы фольклора, всех их объединяет единая общая концепция, в которой отражены глубинные начала истории государственного служения казачества, его отношения к элементам системы государственности, государственной составляющей, - семье, обществу, общественным ценностям, морали.

Уже современное казачество базирует свои идеологические принципы на этих старейших традициях и обычаях, дополняя и расширяя их, привнося в них новые элементы. Так казачество Камчатского округа Уссурийского казачьего войска, Союз казаков Северо-востока России и Отдельного Северо-восточного казачьего округа вспоминает тезис, некогда выдвинутый царскими казачьими офицерами: «Казаком нужно родиться. Казаком нужно стать. Казаком должно быть.»

При этом казаки делают упор на то, что следует учитывать именно не родовой признак казачества (этносоциальная группа), а его сословный, служилый статус, принцип «полезности» государству, его интересам.

Стоит отметить, что многие из казачьих лидеров были не только доблестными воинами на полях сражений, но и становились крупными учеными, писателями, поэтами, занимаясь вопросами выработки основных принципов государственной мировоззренческой концепции казачества, ее важнейших элементов. Свой вклад в казачьей литературе и поэзии оставил Н.Н.Туровером – царский офицер и потомственный казака.[21]

Туроверов являлся постоянным автором казачьих эмигрантских изданий, таких как - «Казачьи думы», «Казачий сполох», «Казачий журнал», «Родимый край», «Возрождение», «Современные записки», «Россия» и др.

Выводы.

Исходя из выше изложенного, становится возможным сделать определенные важные выводы, которые могут быть заключены в следующем:

1.)Огромное значение в становлении государственного мировоззрения казачества и в целом организации жизнедеятельности казачьей общности как структурного элемента государства играет казачья семья. Казачья семья – это уникальный социальный и культурный исторический феномен, равного которому не знает опыт социально-исторического развития.

2.)Первоначально казачья семья формируется в раках патриархального уклада жизни и господствующего в ней патриархального мировоззрения. Роль начал отца тут важна и неоспорима. Этот этап жизни казачьей семьи соответствует раннему этапу зарождения и становления казачества, когда оно функционировало на принципах культурного этноса.

3.)С привлечением казачества к системе государственной службы начинается новый этап и период в жизни казачьей семьи. Казачество из вольного этноса трансформируется в военное служилое сословие, в свете происходящих процессов одновременно с ними повышается роль и статус женщины в составе казачьей семьи. Военная и гражданская служба дает шанс женщине занять новую ступень и новую позицию в традиционной (до того сугубо мужской) казачьей иерархии.

4.)Казачья семья сумела занять особое важное место в системе жизнеорганизации деятельности и начал казачества вследствие того факта, что ее структура во многом копировала и была подчинена интересам всего казачьего общества, всей казачьей общности. Эта связь прослеживается на всем протяжении иерархии казачества, начиная от хуторских, станичных и кончая отдельскими и войсковыми структурами.

5.)Военная и государственная служба трансформировала жизнь казачьей семьи не только в сторону углубления роли в ней женщины, но и в плане основ идеологии. Первоначальная мифологическая, ритуальная идеология были трансформированы и поставлены на службу государственных начал казачества.

6.)Фактор семьи и семейных ценностей, являющихся для казачества главными и основополагающими, логически дополняет стройная система ценностей, которые можно определить наличием существования исторического и этно-социального, культурного кода казака. Поведенческого кодекса чести.

Список литературы:

1.Акоева Н.Б. Некоторые стороны повседневной жизни кубанцев в начале XX в. // Культура и образование: проблемы качества подготовки педагогических кадров. Славянск-на-Кубани, 2003.
2.Боднева Н.А. Становление и развитие системы семейного воспитания в терском казачестве (вторая половина XIX – начало XXI вв). Автореф. дис. канд. пед. наук. – Белгород, 2008.
3.Бойко И.С. В стане белозеленых // Родная Кубань. Краснодар, 2004. №4.
4.Бондарь Н.И. Воины и хлеборобы // Вопросы казачьей истории и культуры. Майкоп, 2002.
5.Васильев И.Ю. Нравственные ценности кубанского казачества и их трансляция // Молодежь и молодежные субкультуры этносов и этнических групп Южного Федерального Округа. Традиции и современность. Краснодар. Пресс-имидж, 2008-2009.
6.Водолацкий В.П. Социальная сплоченность казачества и социальный капитал в российском обществе // Cоциально-гуманитарные знания. 2010. №7.
7.Елесин А.И. Казаки – кто они такие? // Преображение. – 2005. №5.
8.Запорожская Сечь. Рыцарский орден Днепра. Сб. документов. М.: Алгоритм, 2004.
9.Казачество в XXI веке: место и роль в обществе // Cтаница. – 2002. №2.
10.Казачьи пословицы. Фольклор. http://yarkazak.narod.ru/FolklorPoslovitsa.htm
11.Казачьи пословицы и поговорки // Белгородский казачий отдел. Союз казаков России. http://kazak31.ru/forum/index.php?topic=8.0
12.Казачьи пословицы и поговорки // Казачья вольница. Культура. http://kazak-mo.ru/kultura/kazachi-posloviczy-i-pogovorki.html
13.Казачьи пословицы и поговорки // Черноморское казачье войско. Дубосарсский отдельский округ. http://pmr-kazaki.ucoz.ru/publ/3-1-0-25
14.Кононова С.Н. Воспитание подростков на традициях казачества // Материалы десятых социально-педагогических чтений PГСУ. Ч.2. 27 марта 2007 г. – М., 2007. – С.22-23.
15.Костюченкова Е.М. Антропонимическая система как элемент лингво- культуры донского казачества // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена. №38(82). Сер. Общественные и гуманитарные науки. – СПб., 2008. – С.183-188.
16.Максимов С.Г. Казачьи пословицы и поговорки. Русские воинские  традиции. http://oldrushistory.ru/library/Russkie-voinskie-traditsii/58
17.Полевые материалы Кубанской фольклорно-этнографической экспедиции (ПМ КФЭЭ) – 2003 г. Аудиокассета – 2950. Краснодарский край,  Апшеронский район, станица Нижегородская, информатор – Перепелица М.Ф., исследователь – Рыбко С.Н.
18.Руденко-Миних И. Воины-казачки: продолжая славные традиции // Уфимские городские казаки. 31.08.2009.  http://www.ufakazak.ru/article/page/440
19.Русские дети. Основы народной педагогики: Иллюстрированная  энциклопедия. – СПб.: «Искусство-СПб.», 2006.
20.Сулима В.И. Семейные реликвии – страницы истории государства Российского // Тобол. 2003. №1.
21.Туроверов Николай Николаевич // Биографический указатель http://www.hrono.ru/biograf/bio_t/turoverov_nn.php
22.Философия и религиозная основа казачьего мировоззрения // http://www.kazak41.ru/page5.html
23.Фролов Б.Е. К вопросу о месте хранения регалий кубанских казаков в конце XVIII – начале XX вв.
24.Цыбульникова А.А. Казачки Кубани в конце XVIII – середине XIX вв. Армавир, 2005.
25.Цыбульникова А.А. Формирование боевых навыков у казачек Кубани в конце XVIII – середине XIX вв. Тезисы доклада к научной конференции.
26.Шаповалов А. «Крестоносцы» земли донской // Независимая газета.  21.03.2005.
27.Яворницкий Д.И. История Запорожского казачества. Т.1.

Интересная статья? Поделись ей с другими:

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечатьE-mail

Отправить статью

...

Форма оплаты

Номер статьи, присвоенный редакцией
Количество страниц в статье
Количество экземпляров журнала
Доставка: РФСНГ
Скидка (%)
Заказать свидетельство о публикации
1. Стоимость публикации каждой страницы статьи составляет 200 рублей.
2. Стоимость каждого экземпляра журнала, включая его печать и доставку, составляет 350 рублей для России и 420 рублей для стран СНГ.
3. Стоимость свидетельства о публикации составляет 120 рублей

Реквизиты для оплаты через банк